Пропустить

Сказание о конях

Лошадь – животное символическое, прекрасное и даже мистическое.

Сказание о конях

Сообщение Teri » 23 авг 2008, 13:37

ЮЛИЯ Р. БЕЛОВА



...лучшей в мире музыкой цокали копыта.

Далия Трускиновская

"Несусветный эскадрон"


Любители фэнтези наверняка без труда составят перечень постоянных атрибутов этого направления фантастики. Магические мечи, камни, посохи и жезлы.. Зачарованные леса, замки и города.. Волшебные источники, ковры самолеты и кольца всевластия... И целый зверинец волшебных и не очень волшебных существ: огнедышащих и летающих гадов, говорящих лис, вервольфов и гигантских орлов, василисков, грифонов, адских псов, ламий и мантикор... Но где же на этом празднике жизни кони?
К сожалению, среди изобилия фэнтезийных живых существ и нежити кони почти незаметны. Не то, чтобы авторы вовсе забыли об их существовании. Нет, на книжных полках библиотек можно найти фантастические романы полностью посвященные коням. Что, согласитесь, является крайностью, поскольку читателей в литературе прежде всего интересуют люди -- и подобный интерес я склонна признать правильным. Однако, если отбросить подобные переборы, то конь у авторов чаще всего выступает в роли безответного средства передвижения, возможно, и необходимого герою, но при этом не удостаивающегося сколько-нибудь стоящего внимания ни героя, ни автора, и потому обделенного как необходимым уходом, так и характером.
Конечно, эта печальная ситуация в общем-то понятна. Подавляющее большинство авторов обращаться с конем не умеет и уметь не желает (хотя невежество, в особенности, невежество воинственное, еще никого не украшало). "Где вы найдете в наше время коня?" -- вопрошают писатели. "А где вы найдете дракона?" -- задаю встречный вопрос я.
Впрочем, не будем останавливаться на недостатках писателей и обратимся к самим коням. Необыкновенно красивые, сильные, быстрые -- кони заслуживают внимания авторов хотя бы с эстетической точки зрения. Не случайно говорят, что среди всех зрелищ самых прекрасных три -- танцующая женщина, гарцующая лошадь и корабль под парусами. Не менее важно и другое обстоятельство. Тысячелетиями кони находились рядом с человеком, не случайно мы столь часто встречаем их в мифологии и эпосе разных народов. А что еще питает фэнтези, как ни мифология и эпос?
Древнее представление индоевропейцев о мировом древе, пасущимся в его ветвях коне и рыскающим волке одинаково можно встретить и в древнеиндийской, и в скандинавской, и в славянских мифологиях. Древнеиндийская мифология вообще утверждает, что мир был создан из частей отданного на заклание коня. Конское жертвоприношение -- ашвамедха -- должно было сопровождаться предварительным воинским походом вслед за незнающим узды конем*, а тот, кто сумел бы совершить сто ашвамедх, мог свергнуть бога Индру и стать властелином Вселенной (и никаких вам кольц всевластия)! Интересно, что история многих народов -- как индоевропейских, так и не индоевропейских -- знала крупные жертвоприношения животных, но ни заклание сотни быков, ни жертвоприношения ста верблюдов никогда не имели в представлении этих народов столь глобальных последствий. Впрочем, однажды жертвоприношение ста верблюдов спасло от заклания на алтаре отца пророка Мохаммеда.


* Интересно, что о подобном походе упоминается и в "Тезее" Мери Рено, сочинении пусть и не фантастическом, но имевшим немалый успех среди любителей фантастики. Вообще же, воинские походы вслед за животными известны нам и в историческую эпоху. Так участники I Крестового похода пускали впереди себя козу и шли туда, куда шла она.


Кони виделись людям везде. Бешенным конским табуном неслись на берега морские волны. Семь рыжих кобылиц бога солнца Сурьи освещали землю в качестве лучей света. Да и само солнце в представлении многих народов было сияющим конем или дикой кобылицей. Всевозможные боги, богини, божки и боженята представлялись людьми в качестве лошадей, затем, по мере развития цивилизации, конных оборотней и, наконец, всадников, покровительствующих богатству и лошадям. Грозный бог Посейдон, прежде чем стать богом морским, был богом конным и прозывался Гиппий. С Посейдоном же отождествлялся и злой демон Тараксипп (ужас коней), алтари которому были установлены на ипподромах как Олимпийских, так и Истмейских игр. По некоторым легендам в коня на склоне лет был превращен Одиссей. Эпитет "конная" принадлежал богине любви Венере. Имя галльской богини Эпоны без всяких затей означало "лошадь". В лошадином обличии появлялись перед людьми богиня шелкопряда Цань-Шань и корейских дух оспы. Кони были символами йеменской богини солнца Зат-Бадан, мифологического Иаука, которому, как уверяет исламская традиция, поклонялись сородичи Нуха (Ноя), армянского бога солнца Арэва, славянских богов Радогаста, прозываемого иначе Сварогом, и Свантевита. Белый конь последнего целыми ночами сражался со злыми силами и потому утром возвращался в святилище грязным с головы до ног. Верхом на конях появлялись у мирового древа великие рожаницы. До сих пор -- преступив порог 3 тысячелетия! -- деревенские мастерицы вышивают эти сцены на полотенцах, салфетках и скатертях, хотя давно уже не помнят символического значения своих трудов. Важную роль в языческих славянских культах играл лошадиный череп, бывший атрибутом бога Велеса и... русалок. Еще в XIX веке в русских деревнях, в которых сохранялись достаточно архаичные представления, крестьяне устанавливали в лесу шесты с конскими черепами.
Нередко символом различных божеств оказывались кони белой масти. Этот цвет в представлении многих народов был символом потустороннего мира и смерти. И если понятно, почему рыжие кони были символом огня и солнца -- по цветовому сходству, -- то потусторонность белых коней требует разъяснения. Строго говоря, белой масти в природе не существует. Каждый раз, когда мы говорим о белых конях, мы имеем в виду либо очень светлых лошадей серой масти, либо альбиносов, встречающихся не так уж и часто и потому в качестве явления редкого и необычного идеально подходящих для существ иного мира. То же родство коней с сакральным миром объясняет частое изображение лошадей на надгробиях как символа смерти.
И, конечно, многие из богов вовсю производили на свет бессмертных коней, становившихся впоследствии конями богов и героев. Особенно по части конепроизводства отличались Посейдон, боги ветров, эринии и гарпии, но и другие боги разных эпох и народов не забывали время от времени пополнить лошадиное племя своими детьми.
Эти-то отпрыски богов, а также другие волшебные кони, отличавшиеся чудесным рождением, умевшие и летать, и советы давать, становились верными друзьями героев, витязей и богатырей. Эпос сохранил рассказы о разных породах крылатых коней. Мы знаем о киргизских тулпарах, абхазских арашах, адыгских альпах, грузинских раши... Эти последние в свою очередь подразделялись на три ветви. Раши земные рождались из человеческих мышц, были спокойны нравом и помогали героям приручать своих диких собратьев. Раши морские выходили из моря, были дики и необузданы, а их молоко было целебно. Раши небесные вырастали из... земли и были огнедышащими (а вы говорите "Драконы, драконы"). Правда, европейский эпос не удосужился дать летающим коням особое наименование, ограничившись использованием греческого термина "гиппогриф" и сосредоточившись на конях земных и особенно водных. Да и греческий Пегас, самый знаменитый из эпизодически появляющихся в европейской мифологии гиппогрифов, стал символом не столько боевого коня героя (хотя это в его жизни тоже было), сколько символом творческого вдохновения, в каковом качестве неизменно тревожит воображение поэтов и писателей.
Чем большее значение в жизни того или иного народа играли кони, тем более привлекательный образ лошадей оставляли они в своей мифологии и эпосе. Для всех народов, умевших ездить верхом, конь был ближайшим другом, мудрым и смелым -- короче, героем, во всех отношениях положительным. В былинах и сказках о богатырях, в эпических поэмах и средневековых романах, восхваляющих рыцарские доблести, невозможно даже представить образ коварного и злобного коня. Для народов же коневодческих, ведущих кочевой и полукочевой образ жизни, конь и вовсе является символом всего самого прекрасного и благородного. Для всех этих народов рассказ о смерти героя от своего коня, пусть даже и косвенной, был обвинением не коню, а жертве, одним из способов выразить неудовольствие его поступками.
В то же время, народам, у которых верховая езда не была распространена, конь представлялся символом неукротимых сил природы, существом демоническим, злобным и коварным. Именно поэтому в воображении прекрасных колесничих, но плохих наездников греков родился образ свирепых полуконей полулюдей кентавров, похищавших и насилующих женщин, и кровожадных коней царя Диомеда, которым преступный царь скармливал людей. Именно отсюда ведут свое происхождение всевозможные водные лошадки кельтов (как и греки, часть кельтов знала колесницы, но все они крайне редко ездили верхом). Все эти лошадки, бывшие по большей части оборотнями, имели скверную привычку заманивать седоков в воду, а то и разрывать их на части. Даже укрощенные, они в любой момент могли взбеситься, круша все на своем пути, убивая мужчин и насилуя женщин.
Шотландские речные келпи, а также морские и озерные эх-ушки; обитающие в морских заливах Ирландии агиски; английских брэги и данни; пегие кабилл-ушти и глэстины острова Мэн; гнедые ногглы и имеющие обыкновение пить кровь утопленников крохотные шупилти с Шетландских островов... -- нет числа волшебных лошадей и лошадок, в облагороженном виде перешедших из эпоса в средневековые романы, а из рыцарских романов в книги-фэнтези*.


* Пожалуй, одним из удачных примеров использования кельтских легенд о волшебных лошадях является роман Кэролайн Черри "Эльфийский камень сна". К тому же Черри удалось с теплотой описать и обычную лошадь.


Нельзя сказать, чтобы все вышеперечисленные кони были очень опасны. Кельтская мифология упоминает добрых глэстинов, безобидных проказников ногглов и данни, галльских коней-оборотней и шутников лютенов. Эти, по большей части, наземные кони делились на три ветви -- домашних лютенов, предупреждавших о несчастьях, прибрежных, стерегших рыбацкие сети, и морские, спасавших от кораблекрушений.
И все-таки, ради собственного спокойствия люди предпочитали заранее определить, кто находится перед ними -- обычный конь или волшебный. Поэтому они с большим подозрением относились к коням, пасущимся у воды, а также к коням определенной масти. Они уверяли, что кабилл-ушти и ногглов можно узнать по загнутому на спину хвосту, агисков -- по очень пышной гриве, а келпи -- по расположенным задом наперед копытам и вырастающим иногда рогам.
А вот в мифологии народов Ближнего Востока кони не играли особой роли. Кто-то, конечно, может вспомнить о четырех конях Апокалипсиса или о богине Зат-Бадан. Но эти примеры вряд ли можно назвать удачными. Датировки Апокалипсиса или информации об арабских языческих божествах довольно поздние и относятся к началу и середине 1 тысячелетия нашей эры. До этого времени кони на Ближнем Востоке встречались крайне редко*. Библейские патриархи ездили на верблюдах, цари и их подданные на ослах** и мулах. Царь Давид имел волшебного мула, перед которым мгновенно сокращалось пространство. Подобное явление называлось... квизац хадерах***, а правильнее -- кацар ха-дэрэх (короткая дорога).


* Правда, еще в конце 2 тысячелетия до нашей эры были известны колесницы ханаанеев, застрявшие в грязи во время сражения против еврейских племен, возглавляемых Деборой и Бараком. В X веке до нашей эры любовью к коням прославился царь Соломон, выстроивший роскошные конюшни в Мегиддо. Однако легенда об укрощении царем чудесных степных коней родилась не в Иудее, а в Средней Азии и повествовала о происхождении удивительной конской породы -- ахалтекинцев. Реальный, а не мифологический Соломон получал коней из Египта.
** Таким образом рассуждения христианских священников о том, что Иисус проявил особую скромность, въехав в Иерусалим на осле, являются либо незнанием реалий эпохи, либо сознательным искажением фактов. Осел, выбранный Иисусом, символизировал его притязания на царскую власть.
*** Большой привет Полу Муад Дибу (Ф.Херберт "Дюна").


Схожее явление можно было наблюдать и у арабов. Первой и самой сильной привязанностью араба был и остается верблюд, а не конь. Верблюд был символом всего самого прекрасного, и арабы представляли змея, искушавшего в Раю Еву в виде... верблюда, к тому же с крыльями. Именно на верблюдах начинал Мохаммед свои завоевания, и лишь в результате этих завоеваний, когда арабы получили в качестве добычи среднеазиатских коней, начала складываться арабская порода лошадей -- изящных, невысоких, не умеющих прыгать (да и где бы в Аравийской пустыне они могли этому научиться?) и не слишком умных.
Красота арабских лошадей, хорошо известных в Европе, в отличие от лошадей среднеазиатских, породила множество европейских легенд о не знающих себе равных конях. Но легенда -- легенда и есть. По своим качествам арабские кони не превосходили хороших европейских коней, хотя традиция утверждает, что именно арабские лошади положили начало многим европейским породам, в частности английской чистокровной и орловским рысакам.
Итак, я заканчиваю краткий обзор легенд, связанных с конями. Конечно, можно было бы упомянуть вызванных к жизни ошибкой переводчика единорогов, но последние столь часто встречаются в различных фэнтезийных произведениях и по большей части настолько однообразны, что их появление в книгах можно счесть штампом. В остальном же приходится признать, что писатели не используют в своих творениях и сотой доли легенд о мифологических конях, даже когда это касается исхоженной вдоль и поперек кельтской мифологии.
Конечно, у подобной ограниченности есть обоснование. Что бы ни говорили писатели, лошадь кажется им довольно обыденной скотиной. Им легче представить огнедышащего дракона, чем огнедышащего коня, кровожадного вампира, чем кровососущих коней. Пусть так. В конце концов авторы фэнтези создают не эпос, а художественные произведения, с большим или меньшим успехом опирающиеся на реалистические традиции. И раз так, пожелаем писателям не отправлять в поход недоросших двухлеток и не опаивать коней после долгого перехода, обрекая на мучительный ревматизм. Не придумывать новые масти (желтые, красные, черные, коричневые, красно-черно полосатые* и т. д.), ибо масти описанные много разнообразнее всего того, что изобретают самоуверенные писатели. И, самое главное, пусть помнят, тот, кто жесток с животными, не имеет места в грядущем мире.


* Особый стоит отметить подобные "изобретения" со стороны переводчиков, бездумно делающих кальку с текста оригинала. В русской традиции масть коня определяется не только по цвету и оттенку туловища, но и по цвету хвоста и гривы. Таким образом коричневый конь может оказаться темно рыжим, бурым, игреневым, гнедым, саврасым (гнедо-саврасым, к примеру) или чалым (гнедо-чалым).
Изображение

Teri
Site Admin
Site Admin
 
Сообщения: 9867
Изображения: 58
Зарегистрирован: 07 янв 2004, 06:30
Откуда: Москва

Сообщение Нюта))) » 18 янв 2009, 00:51

интересно!!!! :pauza :pauza :) :) :)
Он шел ночною, порой ночною,
За желтой луною, за ней, вороною;
Весна забыла, река простила
Кого сгубила ночная кобыла.

Аватара пользователя
Нюта)))
Жеребенок
Жеребенок
 
Сообщения: 62
Зарегистрирован: 23 дек 2008, 23:27
Откуда: калининград


Вернуться в Лошадь в мифологии